Едва первые лучи солнца коснулись зелёных
макушек лесных исполинов, лес, словно радуясь наступлению нового дня, взорвался
от многоголосого пения, клокотания, щелканья разнообразных летающих, ползающих
и прыгающих обитателей этого таинственного мира. Проснувшиеся под звуки
природного оркестра, юные следопыты без промедления приступили к приготовлению
завтрака. Несмотря на ранее утро, каждая минута была на счету. Никогда нельзя
быть окончательно уверенным в том, что так замечательно начавшийся день будет радовать
и в дальнейшем. Не тратя время на долгое приготовление горячей пищи, юноши разделили
между собой вчера ещё приготовленную рыбу, подкрепив всё это куском хорошо
провяленного мяса. Пока закипал на костре напиток из спелых лесных ягод, ребята
успели размяться, умыться ледяной ключевой водой и сразу после того, как
перекусили, без промедления отправились в путь. На этот раз в голове маленького
отряда шёл Сагир, у него было больше опыта по движению в горных условиях. По
стечению обстоятельств, юноша, в составе другой группы искателей, весь свой
прошлогодний поход, провел на снежных и скалистых вершинах хребта Большого змея,
откуда за всё это время они ни разу не спускались на равнину. Вполне возможно,
это имело ключевое значение, которое повлияло на присутствие Сагира в их
сводном отряде. Обычно, уже единожды сформированные группы не разбивали на
части без особых на то причин. Скорее всего, такая причина существовала, и выбор
искателей для выполнения поставленной задачи оказался не случаен. Прозорливые
наставники, редко ошибались, готовя группы к определённым и крайне
ответственным маршрутам. Несмотря на то, что подъём по склону горы, был не
особенно крут, молодые охотники двигались, соблюдая все правила предосторожности.
Утром, глядя вверх, на седловину перевала, Дею казалось, что расстояние,
которое им предстоит преодолеть, не составит и несколько часов ходу, но к полудню,
белая полоса вечно нетающего фирна (снежная корка на перевале) оставалась всё
такой же недосягаемой, как и в начале пути. Изначально, обманчивая простота
перехода радовала, но с каждым последующим часом усталость всё больше и больше
давала о себе знать.
Неизвестно откуда появившаяся боль в плечах, спинах и ногах,
при каждом последующем шаге становилась всё назойливей и ощутимей. Десятиминутные
привалы не приносили желаемой лёгкости. Даже хорошо тренированный и закалённый
Гелл всё чаще делал остановку, чтобы расправить уставшую спину. К середине дня,
перестали попадаться, даже чахлые метёлки вездесущего кустарника, началось
каменное царство исполинов и карликов. Валуны и обломки скал, разукрашенные
цветными пятнами лишайника, ещё не успели прогреться на солнце и просохнуть,
поэтому постоянно приходилось следить, чтобы ненароком не стать жертвой их
лживой безобидности. Стоило неосторожно наступить на подобную растительность,
как ноги начинали соскальзывать с неё, словно по льду.
Огромные валуны, похожие
на лодки великанов и бесшабашно накиданные друг на друга, при любом
неосторожном шаге, приходили в движение. Непоколебимые веками, почему-то именно
в этот день, они начинали неудержимо и с отвратительным скрежетом срываться со
своих мест и с огромной скоростью катиться по склону. Порой создавалось
впечатление, что камни ожили, а в этом своем последнем движении, они изо всех
сил пытались сбросить со своих спин незваных гостей гор, и погубить их. Неоднократно,
прямо из-под ног юных следопытов, огромные каменные плиты с рёвом и грохотом
устремлялись вниз, круша всё на своём пути. Только благодаря своей осторожности
и опыту Сагира ребята каждый раз благополучно избегали смертельной опасности.
Не взирая ни на что, маленький отряд искателей продолжал упрямо приближаться к
поставленной цели, но что-то резко изменилось в окружающем их мире. Вдруг всё
вокруг замерло, а в прозрачном горном воздухе стало нарастать невидимое, но,
тем не менее, даже физически ощутимое напряжение. Появилось чувство, что весь
этот замерший мир готовится к чему-то особенному. Казалось, даже безмолвные
валуны, чтобы хоть как-то нарушить недоброе затишье, тихо переговариваются
между собой, в преддверии чего-то. Воздух стал липким и тяжёлым, еле ощутимый
ветерок не остужал, и не приносил желанной свежести. Теперь Геллар уже
не пытался скрыть своей обеспокоенности и всё
чаще глядел на темнеющее небо. Горизонт, совсем ещё недавно казавшийся таким
прозрачным и чистым уже не радовал глаз. Там, где в окружении весёлых пушистых
облаков величаво проплывали белоснежные фигурки неведомых животных, чёрная, с
лилово-фиолетовыми разрывами и всполохами молний на них надвигалась громада беспощадной
бури.
- Срочно, искать укрытие – Геллар, уже не
был обычным товарищем, резкие, отрывистые команды звучали, так, что не
исполнить их казалось просто невозможно. В эти минуты не оставалось сомнений, почему
именно его назначили руководителем группы. Всегда можно определить лидера в
компании, но безошибочно, лишь в моменты крайней опасности. Часто заводилы и
шутники увлекают за собой массу народа на свершение разных поступков, но редко
кто из них в состоянии, глядя опасности в лицо, взять на свои плечи груз ответственности
за судьбы других людей. Грозовой фронт уже практически накрывал юных путешественников.
Резко наступившую темноту разрывали вспышки изломанных стрел молний, а редкие
капли приближающего дождя, уже оставляли следы от своих вдребезги разбившихся
тел, на серых потрескавшихся от времени валунах. Приходилось кричать, чтобы
услышать друг друга. Грохот небесной канонады перекрывал голоса, поднялся
жуткий ветер, который сбивал с ног и увлекал за собой. Если бы не спасительный шнур,
которым были накрепко связаны между собой юноши, можно не сомневаться, что кого
ни будь из них, после такого безумства стихии пришлось бы недосчитаться.
Молнии
гигантскими, огненными копьями вгрызались рядом с тем местом, где укрылись за
осколками скал насмерть перепуганные следопыты. От грохота сотрясались тела,
рвались барабанные перепонки. Казалось, что всё это светопреставление происходит
с одной только целью, уничтожить смельчаков, решившихся подняться на вершину
мира, не имея на то достойного права.
Сердца захлёбывались в лихорадочном стуке, а разум требовал бежать,
бежать, как можно дальше от всего этого безумия и там за его пределами спрятаться,
затаиться, пока бешеные духи потревоженной стихии не отступят и не забудут о
маленьких человечках. На какую-то долю мгновения стена проливного дождя
расступилась, но и этого оказалось достаточно, чтобы зоркие глаза Сагира заметили
тёмное пятно провала.
- Пещера - Голос молодого ткача звучал
еле слышно сквозь рёв бури. Одно это слово словно волшебный эликсир, совершило
то, что казалось уже невозможным. Откуда-то появились силы для невероятного по
сложности броска. Наперекор бушующему ветру, и острейшим кусочкам льда,
буквально рассекающим кожу на незащищённых плотной дорожной тканью участках
тела, они преодолели несколько десятков шагов и обессиленные ввалились в темноту
небольшого убежища.
Казалось совершенно невероятным, что в такую погоду Сагир
умудрился увидеть вход в пещеру, диаметром не более одного размаха рук и
прикрытый плоским камнем для маскировки. Видимо дело снова не обошлось без
помощи их хранителей, иначе случившееся невозможно было бы объяснить простой
случайностью, либо сказочным везением. Как таковой религии у маленького лесного
народа не существовало, но чего не отнять у тех, кто большую часть жизни зависит
от внешних обстоятельств, так это наблюдательности. Можно бесконечно твердить о
случайных совпадениях, удаче и прочих факторах имеющих непосредственное влияние
на судьбы и жизни большинства людей, но некоторые вещи просто невозможно объяснить,
так же как и проанализировать. Поэтому существование невидимых духов,
хранителей и создателей, как-то само собой стало неотъемлемой частью культуры
племени лесных охотников. Внутри маленькой пещеры было темно и достаточно
влажно, хотя для подземного жилища, это можно было бы считать
вполне нормальной атмосферой. Основное, что
привлекло внимание юных путешественников, это необычный запах, которым были
буквально пропитаны каменные стены. Едва только ребята успокоились от
полученного стресса, как желание избавиться от этого труднопереносимого духа
стало буквально выталкивать их наружу, навстречу жестокому ненастью. Даже не
сам запах жилища был отвратителен, но то состояние, которое он создавал,
воспринималось, сродни физическому давлению. Что бы хоть как-то ослабить его
действие, парнишки устроились поближе к выходу, где ещё можно было как-то
находиться без особых на то усилий. И тут началось. То, что происходило снаружи
до этого, можно было сравнить лишь с тёплым летним дождиком, по сравнению с тем
штормом, который разыгрался после.
Небеса буквально взорвались и дьявольская
смесь льда и дождя, с новой сокрушающей силой обрушилась с небес на землю.
Словно посчитав этот кошмар недостаточно кошмарным, десятки молний одновременно
ударили по самым крупным валунам, и тогда воздух наполнился запахом гари.
Последовавшие за этими вспышками удары грома, множились горным эхом
неисчислимыми повторениями, с каждым разом принимая все более зловещий характер.
Казалось, что эта сумасшедшая какофония звуков никогда не закончится. Юные следопыты
уже не в состоянии были, что-либо видеть и слышать, они лежали, плотно прижавшись,
друг к другу, не в силах противостоять происходящему. Готовые к любому исходу,
смирившиеся с собственным несовершенством и поражённые величием стихии, они
даже не пытались спрятаться в дальних уголках тесной пещерки, так велико было
потрясение. Когда всё закончилось, не один из них не смог бы сказать, как долго
всё это продолжалось.
Но буря стала затихать, и на смену ей полил вполне
обычный дождь, своей ненавязчивой монотонностью успокаивая и убаюкивая
натерпевшихся странников. Дождь недолго ещё гулял над перевалом и как часто
бывает в горах, через совсем короткий промежуток времени появилось солнце, словно
и не было никакой бури и всё это им только пригрезилось. Несмотря на то, что с
неба светило ласковое солнце, а воздух был наполнен свежестью и чистотой, ни у
кого из них не возникло желания продолжать поход в этот день, слишком свежи ещё
были воспоминания, а лёгкая дрожь не полностью оставила продрогшие до костей
тела. Ночь в горах наступает быстро, не растягиваясь на сумерки и вечер, как
это бывает на равнине. До её наступления было ещё достаточно времени, поэтому
было принято решение продолжить движение утром, а остаток дня посвятить сушке
промокших до нитки вещей, и подготовке горного снаряжения, в необходимости
которого теперь уже никто не сомневался. Благодаря плотной ткани заплечных
мешков, спальные мешки не успели, как следует напитаться влагой, так что холода
можно было не опасаться. Единственное, что вносило некоторый дискомфорт в
создавшейся ситуации, так это незнание того, кому может принадлежать это
убежище. Чувство неуверенности и незнакомой опасности заставило вспомнить
правило, которое они в течение предыдущих ночей так настойчиво игнорировали.
Было решено установить посменное дежурство.
Продолжение следует...
Комментариев нет:
Отправить комментарий