*Глава 5. Пощёчина

- Слава богу, вернулась.  Потеря двух сотрудников за день, это слишком, даже для сенсации.– Не без грусти, подумал главред. Он не был жестоким человеком, поэтому отправляя на задание Алексея, искренне надеялся, что с парнем ничего не случится. Сколько раз до этого случая, Разумовский ставил молодому репортёру, сложные, практически невыполнимые задачи, но Зарубин неизменно возвращался и всегда с победой. Вот и сейчас, главный редактор надеялся, что жизнерадостный фотокор, справится с любой проблемой наперекор всему. Семёну Петровичу нравился озорной характер Алексея, но на людях, да и при личных встречах, он старался этого не показывать. Теперь, переживая долгие и мучительные часы ожидания, главный редактор газеты, по заданию которого молодой корреспондент вошёл в это мрачное здание, был не на шутку обеспокоен. У особняка сложенного из серого и мрачного камня, ещё в прошлом столетии, за многие годы его существования сложилась нехорошая репутация, а буквально недавно вслед за репортёром в тот же дом отправилась и его любимица Мила Савина. После того, как она скрылась за дверью парадной Семён Петрович не находил себе места, он сам готов был броситься вслед за ними, но понимал, что своим поступком изменить, что-либо, уже не в состоянии. Когда девушка вновь показалась в дверном проёме, он почувствовал себя значительно лучше, но видимо рановато, потому что это было лишь начало событий, которые впоследствии надолго останутся у него в воспоминаниях.

  

Его секретарша Людмила, всегда внутренне собранная и аккуратно одетая, после посещения особняка, возвращалась сама не своя. Разозлённая до невозможности, словно только что выбралась из серьёзной потасовки и взъерошенная, как воробей после купания, она направлялась в его сторону. Никогда прежде ему не приходилось видеть свою сотрудницу в таком виде. Всегда с идеально подобранной прической, неброским макияжем и минимумом косметики, Мила явно отличалась от подавляющего большинства своих сверстниц. Хорошая девушка, не то, что эти супер современные фифы, с их непостижимым количеством запросов и амбиций, которые, как правило, обратно пропорциональны возможностям и тем более способностям. В более спокойные времена, он с радостью пустил бы Людмилу на самостоятельную работу, но сделать ему мешало, как раз, это отвратительное, НО. Времена не те. Красивая девушка, серьёзная причина для беспокойства. Не дай бог, что случится, потом хлопот не оберёшься. Изменить подобную ситуацию под силу лишь незаметно пролетающим годам, которые, как известно, никого и ничего не щадят, а вместе с ними уходят в прошлое молодость и красота. Ей бы на телевидение, или в кино сниматься, а на этой работе, каждый божий день, жди беды. Постоянные командировки, периферия, гостиницы, закоулки разные, хроника уголовная, олигархи. Тот ещё ассортимент! Если её отправлять на серьёзную работу, то для полного комплекта потребуется пара, другая, телохранителей. Накладно, а девчушку жалко, талант журналиста у неё от бога. Может как-нибудь перемелется, глядишь что-нибудь, да и придумаем. Сейчас Петрович не узнавал тихую добрую Люду, в неё словно бес вселился. Мало того, что без спроса в дом тот заколдованный полетела, а теперь  идёт, целенаправленно в его сторону и глядит недобро.

- Что-то сейчас будет. – Даже не подумал, а скорее констатировал, предвосхищая события главред.

Он не ошибался, Люда шла к нему совершенно по-мужски, жёстко и чётко вбивая в пыль каменной, старинной мостовой, шаг за шагом. Если бы Семён Петрович не видел происходящего собственными глазами, то ни за какие коврижки не поверил бы, что такое возможно совершить, двигаясь по булыжникам в туфлях на тонюсенькой шпильке. Глаза идущей на него девушки, которые и в повседневной жизни казались ему достаточно большими, теперь стали просто огромными. Мало того, создавалось впечатление, что её прежде доброжелательные и нежно-голубые глазки, вдруг резко изменили цвет и превратились в чёрно-синие, словно грозовая туча, из которой огненными стрелами вырывались молнии разрушительной силы. Она приближалась всё ближе и ближе к нему, а главреду, уже хотелось оказаться, как можно дальше от этого места.

- Почему, Вы, мне ничего не сказали? – Начала свою гневную речь Людмила, уже в то время, когда ещё недостаточно даже приблизилась к намеченной цели.

Петрович ещё не совсем понимал, о чём идёт речь, но на всякий случай решил потянуть время.

- Ты про что, Людочка? – Голос главного редактора, звучал не слишком уверенно.

- Вы знали, что в этом доме не всё чисто и к тому же бесследно пропадают люди! – Девушка, явно была не в себе и не собиралась, этого скрывать.

- Да что ты милая, откуда я мог знать об этом! – Сообразив, о чём идёт речь, неуклюже попытался сгладить острые углы, Семён Петрович.

Конечно, главный знал, если не сказать больше, он  давно и весьма основательно изучал эту тему. На поиск достоверных фактов ушёл не один год, поэтому вряд ли кто-то ещё, из здесь присутствующих, смог бы состязаться с ним, в том огромном количестве непостижимой для здравого смысла информации, собранной всеми правдами и неправдами. Не видя другого пути к улаживанию возникшего конфликта, пожилому и кому же вполне честному человеку, не оставалось ничего другого, кроме, как глядя в глаза своей любимой сотруднице, лгать и изворачиваться.

- Вы лжёте мне, Семён Петрович! Вы, всё прекрасно знали! – Продолжала наседать Люда.

В настоящий момент, главред не имел ни малейшего представления, как закончить эту перепалку, но на помощь к нему подоспели всё те же въедливые и несносные репортёры из других газет. Они плотным кольцом окружили рассерженную амазонку и завалили её бестолковыми вопросами.

- Скажите, что все-таки происходит в этом доме? – Этот вопрос, сегодня просто никак не собирался терять актуальности, как у непосредственных участников событий, так и всех тех, кто вращался подле него.

Куда только девалась прежняя Люся, девушку, словно подменили. Всегда доброжелательная, корректная и вдруг, за каких-то пару десятков минут своего отсутствия, превратилась в сущую мегеру.

- Сходите и посмотрите сами. - Глаза её неистово сверкали, недобрыми и опасными огоньками.

В это время, Семён Петрович осуществлял план побега, чтобы оказаться как можно дальше от этой взбесившейся женщины. На какое-то время журналисты умудрились отвлечь внимание девушки на себя, чем он и не преминул воспользоваться. Под создавшийся шумок, мужчина незаметно выбрался из толпы и был уже на половине пути к своей машине, но не тут то было. Попытка сбежать от справедливых упрёков девчонки и собственной совести, бездарно провалилась.

  

Людмила, прошла бурлящую толпу окруживших её охотников до сенсации, словно острый дамасский клинок, рассекает всё на своём пути. На тот момент просто не существовало такой силы, которая способна была ей помешать и тем более остановить. И вот она уже стоит перед главредом. Петровича обуревали смешанные чувства. С одной стороны, ему не хотелось смотреть в глаза взбесившейся девчонке и бессовестно врать, а с другой, начальник здесь всё-таки был он и ни в коем случае не она. Поэтому злость имела не последнее место в ощущениях главного редактора газеты. Он начинал потихоньку «закипать» теряя над собой контроль. Надо же, какая-то пигалица заставляет его отчитываться. Когда Люда снова перекрыла ему дорогу, он уже не мог сдержаться.

- Что тебе от меня надо? - Петрович не заметил, как перешёл на крик. Кстати, теперь все камеры и диктофоны, на этой небольшой площадке, были нацелены на них, но ни Людмила, ни главред их не замечали.

- Мне нужна, правда! – Не унималась Люда. Если быть объективным, то девушка и сама уже знала эту правду, по крайней мере, какую-то её часть, но она из последних сил надеялась, что у Петровича найдётся разумное объяснение происходящего. Люда была уверена, что главред человек хороший и не хотела верить, что он, поступил так бесчеловечно, только ради сенсации.

- Ты, что из-за Лёшки так завелась?- Наконец выбрал свою позицию защиты Разумовский

- А, это что, не причина? Человек пропал, а никто даже не чешется. Вы же его неизвестно на что послали и сейчас так спокойно об этом рассуждаете. – Теперь на девушку было страшно смотреть,  от пережитого нервного стресса она побледнела, казалось, ещё немного и вовсе потеряет сознание.

- А кто тебе говорил, что наша профессия не опасна? Во всём мире, едва ли не каждый день, рискуют жизнью наши коллеги журналисты и ни чета твоему Алексею, талантищи, гении журналистики, а ты, Лёша.

Тут он явно перегнул палку. Хрупкая, стройная девушка, как будто стала выше ростом, ноздри её аккуратного носика хищно раздулись. Сенсация оказалась, даже ближе чем её ожидали. Долго ещё после этого в СМИ будут вновь и вновь, пережёвывать, и смаковать произошедшее. Людмила Васильевна, Люся без всякой подготовки и совсем не по-женски, провела, как говорится, главному редактору жесточайший апперкот. Довольно грузный и крупный Петрович от такого удара взлетел вверх, сантиметров на тридцать, а потом по касательной, продолжил движение в полёте на несколько метров, до ближайшей машины, где и приземлился. Сомнительно, что благополучно, потому как, безвольное тело его, плавно скатилось с капота автомобиля и успокоилось, где-то возле колеса. Сама же воительница, словно не замечая никого, снова прошла сквозь толпу, только уже в противоположную сторону, отошла недалеко и разрыдалась, как маленькая девочка присев на корточки.

Продолжение следует...