-Кого там чёрт принёс - беззлобно
выругался, я, тем не менее, почти довольный, сложившимся обстоятельствам. Возможность
избежать нежелательной процедуры по уважительной причине, меня более чем
устраивала. Ну не физкультурник я…, не спортсмен.
Надо сказать, что работая
корреспондентом, хоть и маленькой, но, тем не менее, ГАЗЕТЫ, давным-давно привык
к ранним перезвонам и срочным вызовам.
- По работе – подумал я, судорожно
соображая, в каком месте, на этот раз оставил своего сотового «друга». Делать
нечего, иду на голос. Прошлый раз, я его вообще не слышал, потому как запер бедолагу
в холодильнике, потом долго и безуспешно искал, но всё-таки, хоть и случайно,
но обнаружил. Вот ведь где настоящая, качественная звукоизоляция, не то, что в
наших «хрущёвках». Работа дело святое, хотя говорят, что от неё кони дохнут, но
и без неё дохнут, только не кони и по другой причине, в основном с голоду.
Бегу, бегу. Мой «сладкоголосый друг» нашёлся, в ванной. Угадал, редакция. Из
телефонной трубки донёсся приятный голосок секретаря Люси, или можно проще,
Милы, а если быть совершенно объективным, Людмилы Васильевны. Мила, девушка невероятно
красивая и умная, но к сожаленью совершенно недоступная. Сколько раз на корпоративах,
вечеринках, да и просто так, не щадя
живота своего, я избивая язык в кровь пытался с ней подружиться, подкатить,
закадрить, ну и так далее, а ей хоть бы хны, как с гуся вода. Мол, не для
такого мосла, така ягодка росла. Дескать, гуд бай мой мальчик, гуд бай мой миленький
и всё тут, нулевой результат, как от стенки горох. Сказать, что наша Люся,
такая фифа особенная, или более того, меркантильная дамочка, нельзя ни в коем
случае. Просто девушка настоящая, собранная, целеустремлённая, а я что,
балагур, баламут и ничего более. Может быть, девушка ждёт настоящую любовь, а
желающих закрутить роман с красавицей, как кильки в банке, да ещё с боку очередь,
приходится соблюдать осторожность. Я не
такой, но откуда она может знать, что у меня на уме, это же не открытая книга,
взял да узнал всю подноготную. Вернёмся к серой прозе наступившего утра. В общем,
своим ласковым хрустальным голоском сообщила она Алексею Владимировичу, то есть
мне, что надо срочно выдвигаться, на дела ратные. Улица Чугунная, дом
тринадцать. По причине, что творятся там дела, ну никак не умещающиеся в
человеческое разумение. Что поделаешь, надо так надо. Наскоро облачившись в
свой видавший виды джинсовый костюм, и почти не целясь, «занырнув» в видавшие
лучшие времена найковские кроссовки, я выскочил на лестничную площадку. Выскочить,
то выскочил, но вдруг осенило. Вот голова садовая, ни камеры, ни диктофона.
Придётся возвращаться в квартиру, ой не к добру. Сумка с аппаратурой стояла в рабочей комнате.
Пришлось мне через всю квартиру переться в не совсем чистых башмаках, как вы
понимаете обратно тем же образом. Сердце обливалось кровью, а душа стонала,
убираться то самому, но разуваться, увольте, лень моё второе имя. Добрался,
взял, вернулся, открыл дверь и тут… Нос в нос, Соломон Петрович, мама дорогая.
Порой
у меня создаётся впечатление, что большинство мужиков в нашей стране, которым
за пятьдесят, все Петровичи и более того, живут где-то рядом со мной. Вот так
встреча. Даже в более спокойные и расслабленные времена, стоит мне заметить его
издалека, как я изо всех сил стараюсь
изменить маршрут, или, в крайнем случае, замаскироваться. Лишь бы не заметил.
Слишком уж задушевный рассказчик, этот Соломон Петрович. У меня есть даже
гипотеза на эту тему. Если все его повествования напечатать на бумаге, хватило
бы, чтобы навсегда вытеснить всю мировую литературу, в самых крупных
библиотеках мира. Короче я попал. По хищному взгляду Петровича было видно,
сегодня, я его первая жертва, свежая кровь. Нельзя сказать, что я робкого
десятка, но в тот момент колени предательски задрожали и холодный пот покрыл
всё моё нетренированное тело. Если бы существовали такие пытки, как
принудительное общение, то Петрович стал бы лидером, садистом мирового масштаба.
Извините за столь лирическое отступление, но, как иначе объяснить, что за
страшный человек встал на моём пути, да ещё в тот момент, когда работа
требовала обязательного присутствия. В голове закрутились непрошеные строки.
И вот меж этих двух огней
Столбом застыл
И чуть не плача
Я возопил
ну, где ты, где
моя ленивая удача
Да, уже стихами мыслить начал. Тьфу ты,
снова за своё. Всё сил моих больше нет, это же жуткий стресс. Надо что-то
делать, как-то брать себя в руки. Делаю вид, что ничего не происходит и бочком,
бочком к выходу. А Петрович, как ни в чём не бывало, продолжает пялиться на
меня и готовится к атаке. Всё, деваться некуда, ну держись старый пень. Даже самый
безобидный котёнок может превратиться в тигра, когда другого выхода просто не существует.
Нет никого опасней, чем загнанный в угол
зверь. Я конечно не зверь, но сравнение мне нравится. Он ещё и рта не успел
открыть, как я пошёл в атаку. К слову сказать, на днях заходил к другу, а попал
к его тёще на юбилей. Совершенно очарованная мной и моими манерами, она с
упоением щебетала, даже о таких интимных подробностях, как они с подругами
обсуждают семейные отношения детей и внуков. Это было, что-то. Благодаря хорошей
памяти я умудрился запомнить, это увлекательнейшее повествование, хотя тогда
практически её не слушал. С помощью своей природной сообразительности и
смекалки, сделал из этой информации оружие, и решил им воспользоваться. С
Петровичем все средства хороши, ни дать не взять, вынужденная самооборона. Запел
соловьём, не остановишь. Стал
пересказывать всё, что умудрился запомнить, и даже более. Главное не дать
противнику открыть рот. Без малейших угрызений совести что-то добавлял от себя, и рассказ стал ещё
более занудно захватывающим. Три минуты моей песни и… Петрович куда-то заспешил.
Эти минуты, были минутами моей славы, величайшего триумфа в жизни. Я едва ли не
физически ощутил ореол победителя над своею головой и состояние полнейшей
эйфории. Так что на Чугунную улицу, я прибыл практически без опоздания. Каково
же было моё удивление, когда на месте, куда я приехал, оказались Люся, она же
Людмила Васильевна и САМ, его величество главный редактор газеты, Семён
Петрович Разумовский, в простонародье Разум. Видимо дело действительно
предстояло ответственное, когда такие люди спускаются с небес. Начал мучить вопрос,
почему же вызвали меня, эдакого раздолбая. В любимчиках никогда не числился, не
награждался, не поощрялся, без нужды не привлекался, и тут такое. Ответа на это,
я, РАЗУМеется, получить, и не надеялся. Каламбур.
Продолжение следует...
Комментариев нет:
Отправить комментарий